Неточные совпадения
Слезы и
улыбка, молча протянутая рука, потом живая резвая
радость, счастливая торопливость в движениях, потом долгий, долгий разговор, шепот наедине, этот доверчивый шепот душ, таинственный уговор слить две жизни в одну!
Подобно как в мрачную атмосферу, густым туманом отягченную, проникает полуденный солнца луч, летит от жизненной его жаркости сгущенная парами влага и, разделенная в составе своем, частию, улегчася, стремительно возносится в неизмеримое пространство эфира и частию, удержав в себе одну только тяжесть земных частиц, падает низу стремительно, мрак, присутствовавший повсюду в небытии светозарного шара, исчезает весь вдруг и, сложив поспешно непроницательной свой покров, улетает на крылех мгновенности, не оставляя по себе ниже знака своего присутствования, — тако при
улыбке моей развеялся вид печали, на лицах всего собрания поселившийся;
радость проникла сердца всех быстротечно, и не осталося косого вида неудовольствия нигде.
Кити покраснела от
радости и долго молча жала руку своего нового друга, которая не отвечала на её пожатие, но неподвижно лежала в её руке. Рука не отвечала на пожатие, но лицо М-llе Вареньки просияло тихою, радостною, хотя и несколько грустною
улыбкой, открывавшею большие, но прекрасные зубы.
Она сама чувствовала, что при виде его
радость светилась в ее глазах и морщила ее губы в
улыбку, и она не могла затушить выражение этой
радости.
— Разумеется, я вас знаю, очень знаю, — сказал ей князь с
улыбкой, по которой Кити с
радостью узнала, что друг ее понравился отцу. — Куда же вы так торопитесь?
Чувство
радости от близости к ней, всё усиливаясь, дошло до того, что, подавая ей в ее корзинку найденный им огромный на тонком корне с завернувшимися краями березовый гриб, он взглянул ей в глаза и, заметив краску радостного и испуганного волнения, покрывшую ее лицо, сам смутился и улыбнулся ей молча такою
улыбкой, которая слишком много говорила.
Сдерживая
улыбку удовольствия, он пожал плечами, закрыв глаза, как бы говоря, что это не может радовать его. Графиня Лидия Ивановна знала хорошо, что это одна из его главных
радостей, хотя он никогда и не признается в этом.
Львов, видимо, хотел удержаться, чтобы не высказать своей
радости, но так и просиял
улыбкой.
— Я так и думала и не смела думать. Вот
радость! Ты не можешь представить себе мою
радость! — говорила она, то прижимаясь лицом к Долли и целуя ее, то отстраняясь и с
улыбкой оглядывая ее.
Наблюдая волнение Варвары, ее быстрые переходы от
радости, вызванной его ласковой
улыбкой, мягким словом, к озлобленной печали, которую он легко вызывал словом небрежным или насмешливым, Самгин все увереннее чувствовал, что в любую минуту он может взять девушку. Моментами эта возможность опьяняла его. Он не соблазнялся, но, любуясь своей сдержанностью, все-таки спрашивал себя: «Что мешает? Лидия? Маракуев?»
Глаза Клима, жадно поглотив царя, все еще видели его голубовато-серую фигуру и на красивеньком лице — виноватую
улыбку. Самгин чувствовал, что эта
улыбка лишила его надежды и опечалила до слез. Слезы явились у него раньше, но это были слезы
радости, которая охватила и подняла над землею всех людей. А теперь вслед царю и затихавшему вдали крику Клим плакал слезами печали и обиды.
Шаркая лаковыми ботинками, дрыгая ляжками, отталкивал ими фалды фрака, и ягодицы его казались окрыленными. Правую руку он протягивал публике, как бы на помощь ей, в левой держал листочки бумаги и, размахивая ею, как носовым платком, изредка приближал ее к лицу. Говорил он легко, с явной
радостью, с
улыбками на добродушном, плоском лице.
— Взяточку, — слышите, Аннушка? Взяточку просят, — с
радостью воскликнул Ястребов. — Значит, дело в шляпе! — И, щелкнув пальцами, он засмеялся сконфуженно, немножко пискливо. Захарий взял его под руку и увел куда-то за дверь, а девица Обоимова, с неизменной
улыбкой покачав головой, сказала Самгину...
Поручик Петров ослепленно мигнул, чмокнул и, растянув толстые губы широкой
улыбкой, протягивая Самгину руку с короткими пальцами, одобрительно, даже с
радостью просипел...
Оратор вдруг открыл лицо и вызвал на нем очень похожую на настоящую
улыбку, которой актеры выражают
радость, и сладким, нежным голосом начал говорить...
И вспомнил он, что любовался птичкой, сажал цветы и плакал — искренно, как и она. Куда же делись эти слезы,
улыбки, наивные
радости, и зачем опошлились они, и зачем она не нужна для него теперь!..
Но в этой тишине отсутствовала беспечность. Как на природу внешнюю, так и на людей легла будто осень. Все были задумчивы, сосредоточенны, молчаливы, от всех отдавало холодом, слетели и с людей, как листья с деревьев,
улыбки, смех,
радости. Мучительные скорби миновали, но колорит и тоны прежней жизни изменились.
Она с
радостью взяла монету, подержала ее в руке и, вдруг отдавая мне ее назад, прибавила с печальной
улыбкой...
Люди обыкновенно вспоминают о первой молодости, о тогдашних печалях и
радостях немного с
улыбкой снисхождения, как будто они хотят, жеманясь, как Софья Павловна в «Горе от ума», сказать: «Ребячество!» Словно они стали лучше после, сильнее чувствуют или больше.
У тебя, говорят, мысль идти в монастырь; не жди от меня
улыбки при этой мысли, я понимаю ее, но ее надобно взвесить очень и очень. Неужели мысль любви не волновала твою грудь? Монастырь — отчаяние, теперь нет монастырей для молитвы. Разве ты сомневаешься, что встретишь человека, который тебя будет любить, которого ты будешь любить? Я с
радостью сожму его руку и твою. Он будет счастлив. Ежели же этот он не явится — иди в монастырь, это в мильон раз лучше пошлого замужества.
«Что ты, говорю, молодка?» (Я ведь тогда всё расспрашивал.) «А вот, говорит, точно так, как бывает материна
радость, когда она первую от своего младенца
улыбку заприметит, такая же точно бывает и у бога
радость, всякий раз, когда он с неба завидит, что грешник пред ним от всего своего сердца на молитву становится».
Как ни хотелось пофанфаронить в эту минуту Гане, но не мог же он не выказать своего торжества, да еще после таких унизительных предреканий Ипполита. Самодовольная
улыбка откровенно засияла на его лице, да и Варя сама вся просветлела от
радости.
По душе пришлась скорбной Дуне Марья Ивановна. Голос тихий и кроткий, речь задушевная, нежная, добрая
улыбка, скромные, но величавые приемы и проницательные ясные взоры чудным блеском сиявших голубых очей невольно, бессознательно влекли к ней разбитое сердце потерявшей земные
радости девушки.
Тщетно силилась она скрыть свою
радость, напрасно хотела затуманить ясные взоры, подавить
улыбку светлого счастья…
Тихой
радостью сияла Татьяна Андревна, видя, как молодые сыновья самых первых московских тузов-миллионщиков не сводят жадных взоров с ее дочерей и как люди пожилые, степенные, поглядывают на них с довольной и одобрительной
улыбкой.
Думает-передумывает Алексей думы тяжелые. Алчность богатства, жадная корысть с каждым днем разрастаются в омраченной душе его… И смотрит он на свет Божий, ровно хмара темная. Не слыхать от него ни звонких песен, ни прежних веселых речей, не светятся глаза его ясной
радостью, не живит игривая
улыбка туманного лица его.
Во-первых, в лице его я, с первого взгляда по крайней мере, не заметил ни малейшей перемены. Одет он был как всегда, то есть почти щеголевато. В руках его был небольшой, но дорогой букет свежих цветов. Он подошел и с
улыбкой подал его маме; та было посмотрела с пугливым недоумением, но приняла букет, и вдруг краска слегка оживила ее бледные щеки, а в глазах сверкнула
радость.
— Принесла нелегкая, — говорила она сердито, глядя на него по временам украдкой; но в глазах и в
улыбке ее выражалась величайшая
радость. — Чай, петербургские-то… свертели там вас с барином? Вишь, усищи какие отрастил!
Он припомнил тоже тюрьму, но не столичную образцовую, сухую, светлую, вентилированную, блестящую, свежей окраской, а мрачную, сырую, грязную, с переполненной миазмами атмосферой, с убогой обстановкой — провинциальную тюрьму — тюрьму в Т. Вот перед ним восстает образ княжны Маргариты Шестовой в арестантском платье, сперва с
радости ной
улыбкой любви при входе его в камеру, а затем с непримиримо-злобным устремленным на него взглядом своих страшных зеленых глаз.
Старик Хомутов с
радостью замечал, что прогулка развлекает Талечку, она оживленно беседовала с отцом, расспрашивала о встречающихся незнакомых ей лицах, раскланивавшихся с Федором Николаевичем, на лице ее появилось даже резкое за последнее время одушевление, а на губах заиграла давно невиданная
улыбка.
Губернатор и m-me Пиколова не отвечали даже на поклон Вихрова, но прокурор ему дружески и с небольшой
улыбкой пожал руку, а Юлия, заблиставшая вся
радостью при его появлении, показывала ему глазами на место около себя. Он и сел около нее.
Эта тихая, спокойная
радость, выражавшаяся и в
улыбке ее, удивила меня после всего, что я слышал о казацкой нагайке и о всех бесчинствах братца.
Она улыбалась, но ее
улыбка неясно отразилась на лице Людмилы. Мать чувствовала, что Людмила охлаждает ее
радость своей сдержанностью, и у нее вдруг возникло упрямое желание перелить в эту суровую душу огонь свой, зажечь ее, — пусть она тоже звучит согласно строю сердца, полного
радостью. Она взяла руки Людмилы, крепко стиснула их, говоря...
И все мечтательно, с
улыбками на лицах, долго говорили о французах, англичанах и шведах как о своих друзьях, о близких сердцу людях, которых они уважают, живут их
радостями, чувствуют горе.
Да! Девочки Конопацкие с их тетей, Екатериной Матвеевной. И Люба, и Катя, и Наташа! Я повел гостей в сад… Не могу сейчас припомнить, были ли в то время дома сестры, старший брат Миша. Мы гуляли по саду, играли, — и у меня в воспоминании я один среди этой опьяняющей
радости, милых девичьих
улыбок, блеска заходящего солнца и запаха сирени.
Как сейчас вижу ее кроткую
улыбку, с которою она наклонялась, чтобы поцеловать меня и сказать, что я ее единственная
радость, единственное утешение.
Ребенок встречает другого ребенка, какого бы он ни был сословия, веры и народности, одинаково доброжелательной, выражающей
радость,
улыбкой. Взрослый же человек, который должен бы быть разумнее ребенка, прежде чем сойтись с человеком, уже соображает, какого сословия, веры, народа тот человек, и, смотря по сословию, вере, народности, так или иначе обходится с ним. Недаром говорил Христос: будьте как дети.
…Меня особенно сводило с ума отношение к женщине; начитавшись романов, я смотрел на женщину, как на самое лучшее и значительное в жизни. В этом утверждали меня бабушка, ее рассказы о Богородице и Василисе Премудрой, несчастная прачка Наталья и те сотни, тысячи замеченных мною взглядов,
улыбок, которыми женщины, матери жизни, украшают ее, эту жизнь, бедную
радостями, бедную любовью.
Он поднялся, проворно запер дверь, воротился к ней и взял ее за руки. Он не мог говорить:
радость его душила. Она с
улыбкой глядела ему в глаза… в них было столько счастия… Она застыдилась.
Вдруг она исчезла. Исчезло все: улица и окно. Чьи-то теплые руки, охватив голову, закрыли мне глаза. Испуг — но не настоящий, а испуг
радости, смешанной с нежеланием освободиться и, должно быть, с глупой
улыбкой, помешал мне воскликнуть. Я стоял, затеплев внутри, уже догадываясь, что сейчас будет, и, мигая под шевелящимися на моих веках пальцами, негромко спросил...
Не стыдись!
Преклонные лета равняют старца
С девицею. Стыдливость неуместна
Пред старыми потухшими глазами.
Откройся мне: кого порой вечерней
На зыбкое крылечко поджидаешь?
Кого вдали, прикрывши ручкой глазки,
На полотне зари румяной ищешь?
Кого бранишь за медленность, кому
Навстречу шлешь и
радости улыбку,
И слез поток, и брань, и поцелуй?
Кому, скажи, девица!
Через темную комнату, дверь с теплой гардиной, а за ней уютная комната Марии Николаевны. Она поднимается с кресла и тихо идет навстречу. Сильно постаревшая, осунувшаяся, какой я себе ее даже и представить не мог. Идет с трудом, на лице
радость и вместе с тем ее вечная грустная
улыбка. Глаза усталые и добрые, добрые. Я поцеловал ее горячую, сухую руку, она мне положила левую руку на шею, поцеловала в голову.
В 1745 году, когда Петру Федоровичу было семнадцать лет, его женили, и он проявил свой нрав как человек уже самостоятельный. Болезненный, бесчувственный телом и бешеный нравом, с грубыми чертами вытянутого лица, с неопределенною
улыбкою, с недоумевающими глазами под приподнятыми бровями, «ужасно дурной» после оспы, по словам его жены, Петр Федорович не скрывал
радости при победе пруссаков над русскими.
«Человек послан богом на землю эту для деяний добрых, для украшения земли
радостями, — а мы для чего жили, где деяния наши, достойные похвалы людской и благодарной
улыбки божией?»
В этой
улыбке была не
радость приветствия, а торжество удовлетворенного женского самолюбия.
Отец, смущенный немного, но едва сдерживающий
улыбку, оторвал меня от шеи старухи и стал выговаривать мне за мою необузданную
радость.
Глаза Якова горели торжеством, его лицо освещала
улыбка удовольствия, и с
радостью, странной для Ильи, он вскричал...
Когда он лёг на постель, — явился Терентий. С той поры, как горбун решил идти замаливать свой грех, глаза его сияли светло и блаженно, точно он уже предвкушал
радость освобождения от греха. Тихо, с
улыбкой на губах, он подошёл к постели племянника и, пощипывая бородёнку, заговорил ласковым голосом...
Музыкант Альберт играет на скрипке. «Лицо сияло непрерывною, восторженною
радостью: глаза горели светлым сухим блеском, ноздри раздувались, вся фигура выражала восторженную жадность наслаждения. Встряхнув волосами, он опустил скрипку и с
улыбкою гордого величия и счастия оглянул присутствующих…
Сверкала
улыбка мальчика, сверкали задорно-веселые глаза львов. И широкою, горячею
радостью сверкало солнце над огромными, ласковыми эвкалиптами с серебряными стволами. В небе непрерывно звенело вольное верещание ястребов: их здесь очень много, здесь и солнца нельзя себе представить без реющих в его сверкании могучих ястребиных крыльев; и так здесь становится понятным, почему египтяне изображали солнце в виде диска с ястребиными крыльями.